Ветер поутих

*  *  *

                                                             П. М.

 

Живут по берегу высокие деревья,

И ветер их обходит стороной,

Сцепились друг за друга белою стеной,

Как будто им до ледохода снег доверен.

 

А может, то и верно, ветер продувной

И продувные улицы повсюду,

Порублены деревья, и зимой

Ещё виднее нагота, о ней не буду.

 

Тихонько близится серёдка февраля,

И хочется в серёдке дня ненастного

Утишиться, как зимняя земля,

И видеть наяву, и верить на слово:

 

Живёт в заветрии по веткам и стволам

Укромная, укутанная милость.

Ещё сверяю небо по утрам —

Мне кажется, сегодня наклонилось.

 

 

*  *  *

 

Созови зимой с дороги — больно долго до весны,

Заплела дорога ноги — больно туго сплетены.

По воде пути короче — но река вставать не хочет,

Сей год не встаёт река — наморозят берега,

И по тёмной по воде — след по следу вьётся,

Вереница из людей — далеко до солнца,

Близко только до Николы — нет темнее дней в году,

Впереди мороз широкий, зори — будто на крови,

Всё равно зови тихонько,

Всё равно зови.

 

 

Паводок: отголоски

 

1

 

После паводка заново всё:

Дороги, мосты, берега.

Лёд пронесло на реке,

Снег по лесам пробежал,

Оживились болота —

На три воды умыты,

И по местам своим.

 

2

 

В парке большом, на скамейке

Мужчина седой смотрит вниз,

А я на него, недолго —

Вдруг он поднимет глаза,

И они окажутся голубыми.

 

У нашего дома не было парка,

Только оттаявшее крыльцо.

Дедушка выйдет курить

В одной рубахе, и я за ним,

И бабушка нас не ругала —

Просто весна,

Начало.

 

3

 

Мальчик девочке

На солнечной площадке:

— Пока!

— Пока!

— Приходи завтра!

 

4

 

Первые тёплые дожди

Как стихи, что учили с мамой.

И в глубокой ночи вспоминаются,

И хочется распахнуть окно

И протянуть руки.

 

5

 

Что ещё…

Посмотри! На раме

Паутина — я так не умею.

Лишь смотрю, как земля зеленеет,

Я слежу за ней вечерами.

 

*  *  *

 

Где-то далеко-далё-о-ко

Что-то болит.

 

Где-то глубоко-глубó-о-ко

Что-то болит.

 

За домами за высокими,

Выше вершин

 

Воды стынут одинокие

И ни души.

 

А тревога потаённая

Ходит кругом.

 

А тревога неуёмная

Просится в дом.

 

Не впустить и не закрыться бы —

Что-то ещё.

 

Породниться с белой птицею —

И на плечо.

 

*  *  *

 

Добрым дедом завещанное,

Истощённое, в трещинах, но

Поле помнит обещанное:

Мы придём по весне.

 

И теперь я прошу: отпусти,

Нам с сестрой помоги расцвести,

Дождь придёт, и на полной горсти

Будет наш белый сад.

 

Если можешь, то всех обними,

Я прошу, нас прости и пойми,

Мы придём к тебе — с яблонями,

Станем выше расти.

 

В худородной родимой глуши

Будут ветки — и нам бы их сшить,

До небесных до самых вершин

Поля нить протянуть.

 

 

*  *  *

 

За хребтом, за лесом, у воды у самой,

Серы тучи веснут — ни реки, ни храма,

Только дом, а в доме том в окнах свет горит огнём,

Дожидается с дороги тех, кто хочет бросить ноги

На кровать высокую — стоптаны дорогою

Красны ступни плоские — нет, не биты, просто им

Встретились пути — как же не пройти,

Раз пути встречают сами, то не страшно за лесами,

За хребтом окрестным, у воды у самой —

Дом и тучи вместе в серо-белой раме.

Но зажгутся алы щёки тех, кто долго ждал с дороги.

 

Встретились пути — ветер поутих.

 

За утихшим лесом, у воды у самой,

Тучи так и веснут над рекой упрямо,

Может, над рекой обретут покой-ой-ой.

 

 

*  *  *

 

Как много нам досталось загодя:

И море, и болота, и речные дали,

А между ними вечно спеют ягоды —

Мы вместе их ещё не собирали,

Но кажется, всё ближе год от года,

Родство и чахнет, и растёт день ото дня,

Ведь если тянется к кому-то кто-то,

И море, и болота, и река сроднят.

Я помню нас в малиннике, вдвоём,

И комары утихомирились тогда.

Пока что не в лесу, но под своим окном

Мы вместе ели ягоду с куста.