Как люди

*  *  *

 

Что там за люди идут в темноте?

Те это люди идут иль не те?

Не разглядеть, что у них из поклажи.

Не разглядеть, это люди ли даже.

 

Путают след или мчатся по следу?

Пусть проскрипят они мимо по снегу,

скроются, с Богом, в ночном неуюте.

Люди как люди. Как люди?

Как люди.

 

 

Поэт

 

I

 

Поэт пришёл читать стихи,

принёс свои тетрадки.

Пестрят тетрадные верхи,

топорщатся закладки.

 

Поэт пришёл. Возможно, он —

не тот, кого вы ждёте.

Уже отвесил он поклон

библиотечной тёте.

 

Уже шагнул в читальный зал,

нерезво, словно льдиной,

придавленный (вот кто бы знал!)

поэтовой судьбиной.

 

В своём паренье встретив дно

неумолимой Леты,

утихомирились давно

его дружки-поэты.

 

И превратив себя в мираж,

поскольку встречи редки,

порастеряли свой кураж

знакомые поэтки.

 

А он сквозь приступы хандры,

пускай и с опозданьем,

гулять в далёкие миры

допущен мирозданьем.

 

И всё велят ему «Пиши!»

неведомые силы.

О, как трагически в тиши

шуршат его бахилы.

 

II

 

Когда поэт стихов не пишет

уже на протяженье лет,

когда доносится всё тише

о нём молва, что он поэт,

 

когда ушла его харизма

в глухую тень других харизм,

то нет ни повода, ни смысла

терпеть его алкоголизм,

 

непререкаемость суждений,

нерасположенность к труду,

нытьё и вспыльчивость (он — гений!)

и прочее в таком ряду.

 

К чему напрасная обуза

сносить поэтову бузу,

коль ты ему уже не муза,

а просто баба на возу?

 

Обидная метаморфоза —

незваный сон его души.

На сердце — ржавая заноза.

Но в бабы с воза не спеши.

 

О, не спеши! Проложен свыше

твой путь в поэтовой судьбе.

Поэт очнётся и запишет,

сплошь — о тебе.

 

III

 

Быт поэта довольно неброский.

Впрочем, есть на окне каланхоэ.

Как поэт он — не Блок и не Бродский,

но и в нём живёт что-то такое.

 

У разбитого, в общем, корыта,

в долгожданном дыханье полёта

тема быта бывает забыта.

Пусть на время — куда ж без неё-то?

 

Так о чём я? Ах да, каланхоэ.

Всё, выходит, не так уж и сиро:

каланхоэ — отнюдь не сухое.

под рукою — не муза, так лира.

 

А побочка — куда ж без побочки?

Полюбуйся: в сезон листопада

странной жизни туманные строчки

улетают. Да так им и надо.

 

 

*  *  *

 

                          Не спи, не спи, художник...

                                             Борис Пастернак

 

Зима продержится ещё две недели.

Полно и льда ещё, и снега в запасе.

А к теплотрассе уж грачи прилетели.

Буди Саврасова, веди к теплотрассе.

 

Пускай приходит со своею треногой.

Пускай бодяжит подходящие краски.

Скупое солнце над железной дорогой

сверкнуло глазом поверх облачной маски.

 

И даже если не грачи то, а галки,

нельзя художнику остаться в постели.

Капризной славы замигали мигалки.

Скажи Саврасову: грачи прилетели.

 

 

Декабрь

 

Помнишь — багульник и бересклет?

Помнишь — цветёт кипрей?

Где-то в снегу пролегает след

быстротекущих дней.

 

Как ни скрывайся, ни чупакабрь,

время ушло в разгон.

Фокус: берёшь молодой декабрь,

смотришь, а он — не он.