С водой наедине

*  *  *

 

О, Господи, прими переселенца

и отпусти в блаженные места,

где правит неземная чистота

и во главе всего — глаза младенца —

горящие, как яблоки в саду.

 

Тогда, быть может, я к тебе приду

и расскажу о счастье самом главном —

о том, что на поверхности.

О явном.

 

 

*  *  *

 

этот дом построен ни тобой ни мной

 

дом построен ветром и дождём

медленной незамерзающей рекой

охватившей кругом севера просторы

горы холмики поля и снова горы

посреди которых мы живём

 

этот дом — воспоминание о нас —

живых стихийных и случайных как природа

он родился и она здесь родилась

и жили долго — до всемирного потопа

 

 

*  *  *

 

Не скажу ни о чём,

что в груди бьёт ключом,

как вода ключевая, —

о простом рассуждая,

мне не нужен ответ.

 

Наливаются слёзы.

Речь. Ресницы. Берёзы.

 

Сквозь берёзы — рассвет.

 

*  *  *

 

Качайся, простая ветка,

в своём золотом саду,

пока посижу в беседке — 

послушаю пустоту.

 

Послушаю — сразу вспомню:

я был, где другие шли

по жизни тяжёлой, тёмной,

тем деревом из земли.

 

 

*  *  *

 

Как быстро яблоко темнеет,

когда надкушенным лежит.

Открытый воздух по идее

не должен вредоносным быть.

Но жизнь — явленье объективное

и часто не прощает никого.

Моё ты яблочко наивное,

за что тебе и от чего?..

 

 

*  *  *

 

голубь из кормушки ел

воробей из лужи пил

кто на самом деле смел

кто на самом деле мил

 

небо открывало рот

(проглотило облака) 

кто носил солнцеворот

кто смотрел исподтишка

 

что-то здесь произошло

кем-то всё предрешено

было было и прошло

новой жизнью рождено

 

 

*  *  *

 

Время, семечко, воробьишко, 

фотография как слеза — 

белым светом больная вспышка

на глаза легла, на глаза…

 

Нет, не старость, но время вышло —

не счастливый, но вот — конец.

Где ты, миленький воробьишко?

Я ищу, а тебя здесь нет.

 

 

*  *  *

 

Мы собирались лечь в кровать,

но что-то нас остановило.

На полке — старая тетрадь

и современные чернила.

 

И вдруг погасли фонари,

но не утратил мир свеченье.

Мне ничего не говори.

Я написал стихотворенье.

 

 

*  *  *

 

                Кириллу Моргунову

 

На речном вокзале проще

рассказать о сложном дне,

потому что вдруг остались

мы с водой наедине.

Речь сама себя полощет

и глаголом в горло бьёт.

Пусто на речном вокзале,

а вода течёт. Течёт.

 

 

*  *  *

 

Ни выдохнуть и ни вдохнуть 

сквозь эту явственную муть,

в которой полностью погряз,

но превратил себя не в грязь,

а сохранил природный свет,

слепую радость, детский смех.

 

Всё это я храню за тех,

кого давно уж с нами нет.